22:47 

Тэлия
Отсоси мой хвост! (с)
Золотая лихорадка!AU - очередная аушка от треда с крайне условными временными рамками. Золотая лихорадка там спокойно существует совместно с Гражданской войной, и это никого не смущает. И не должно. Суть аушки заключается в том, что персонажи живут в неком городе N, где есть простые жители, шериф с помощниками, судья, мэр, бордель - куда ж без него. Есть и бандиты, и золотоискатели, и много кто ещё. Единой сюжетной линии аушка не имеет - скорее, это переплетение разных линий - и ей даже посвящен целый фест.

Заявка: Мальчик Дурм (продает газеты) случайно видит то, что не должен (что-то вроде преступных действий Переса и Смородской). Его как опасного свидетеля пытаются убрать, но его спасает Игорь Акинфеев (в компании с Березуцкими). Игорь ранен, мальчика надо спрятать, половина людей шерифа - подчиняется напрямую нечистому мэру, так что всех спасает младший помощник Дебюши И мадам Оливия, которая прячет всех у себя в борделе.
Можно ХЭ, с приездом какого-нибудь начальства и отправки в Тюрьму всех виновных.

Бета: Еретик-теоретик

Маленький городок на Диком Западе едва не плавился, изнемогая от обрушившейся на него жары. Солнце жарило так, словно пыталось истребить всех жителей без исключения, раскалённый воздух маревом колыхался над дорогой. Но люди практически не обращали внимания на воцарившееся в городе пекло, занимаясь своими не всегда законными делами, разве что праздно прогуливающихся прохожих на улице сильно поубавилось.

Только один человек не стремился отдохнуть в тени от полуденного зноя и смело носился по улицам в самый солнцепёк — мальчик в яркой жёлтой накидке по имени Эрик Дурм. Он активно махал газетой, призывая окружающих ознакомиться с последними новостями. Эрик был бы и рад спрятаться от палящих лучей солнца, но день выдался неудачным — сумка с печатной продукцией с утра практически не стала легче. В кармане уныло звенела всего пара монеток, так что пришлось на время забыть о комфорте и пахать в буквальном смысле в поте лица.

— Газеты! Покупайте газеты! Самые свежие и горячие новости только для вас! — надрывался мальчишка, но немногочисленные прохожие не удостаивали его даже мимолетным взглядом, равнодушно проползая мимо. В такую погоду их интересовали не новости вялотекущей жизни в городе, а прохладная кружечка эля, с нетерпением ожидающая их в баре.

Эрик повертел головой, выискивая готового раскошелиться клиента, но досадливо прикусил губу, так и не обнаружив никого подходящего. Мальчишка быстро сообразил, что если ничего не предпринять, то жалованье он сегодня увидит в лучшем случае во сне — любимое правило его начальника гласило: «кто не работает, тот не ест». Оставаться же без денег Эрику после недавнего знакомства с индейцем по имени То-мас очень не хотелось: у того было множество необычайно интересных вещиц, с которыми индеец был готов расстаться в обмен на монеты. Эрик уже присмотрел несколько амулетов, но денег катастрофически не хватало.

Дурм тоскливо вздохнул, но долго печалиться он не умел, так что вскоре настроение подскочило вверх: Эрика посетила, как ему показалось, гениальная идея — если газета сама по себе скучна, то надо хоть на словах приукрасить её содержание, тогда продажи без всяких сомнений подскачут вверх.

«Тех двоих я точно видел у церкви…» — припомнил мальчик, заприметив бредущих в его сторону людей — «А этот часто трётся рядом с мадам Оливией, надо этим воспользоваться. До чего ж полезна работа на улицах! Всё подмечаешь, оставаясь для окружающих невидимкой…»

— Сенсация! Пастер Гомес напивается в церкви! Алкоголизм или божественное провидение? — без труда отключив совесть, заорал Эрик. Вот он, рецепт успешных продаж: надо всего лишь припомнить гуляющие по улицам сплетни, смешать их с толикой фантазии, и выручка сама потечёт в карман. Главное в этом деле — вовремя сменить дислокацию, не то обманутые читатели не преминут надрать уши. — Внезапная страсть мадам Оливии, кто же этот счастливчик?

— Серьёзно? Это есть в газете? — нервно поинтересовался поравнявшийся с ним парень, так резко остановившись, что поднял облако пыли. Его взгляд жадно прикипел к сумке с газетами.

Эрик же нахмурился, силясь вспомнить, где видел этого человека. Хоть городок и был небольшим, но, тем не менее, всех не упомнишь. Вроде он как-то был связан с шерифом… младший помощник, что ли? Властям врать чревато, но интересно, к тому же идти на попятную было уже поздно. Шалить и выворачиваться из неприятностей мальчишка умел, а вот каяться ему ещё не приходилось. Разве невинная ложь может сильно усложнить его жизнь?

— Конечно! Возьмите и убедитесь сами! — бойко протараторил он, глядя на собеседника честными глазами. — Берёте?

— Да. Давай сразу две! — потребовал младший помощник шерифа.

— И мне одну! — подключился к разговору ещё один прохожий.

— Мне тоже, — зевнул третий. У помощника шерифа задёргался глаз, он явно не желал делиться такими новостями с кем бы то ни было, похоже, была бы его воля, он скупил бы весь тираж, дабы до него больше никто не добрался.

Эрик оперативно всучил всем желающим по экземпляру и поспешил исчезнуть прежде, чем помощник шерифа поймёт, что ему нагло навешали лапши. Облюбовав новое местечко, мальчик, недолго думая, решил повторить столь успешно сработавшую уловку, так как выручки всё равно было маловато.

— Преступная связь шерифа и Рамоса, правда или вымысел? — задорно заорал он, уже не выглядывая прохожих людей. Такие вести могли заинтересовать любого, кто был знаком с шерифом или просто уважал закон. Не найдя отклика в душах немногочисленных прохожих, Эрик пошёл дальше, решив затронуть более интересные темы. — Сенсация! Золотая лихорадка мадам Смородской, станет ли Суровый Игорь её следующей жертвой? Мэр…

— Кхм, — красноречиво произнесли у него за спиной, мальчика цепко сграбастали за воротник и дёрнули назад, заставив подавиться воздухом, так и не закончив начатую фразу. Эрик весь сжался в предчувствии неприятностей — когда ловят подобным образом, однозначно жди беды. Он медленно, едва ли не со скрипом повернул голову, а поняв, кто его держит, просто-напросто онемел от ужаса. Случилось самое страшное, что только можно было представить — позади стоял мэр Перес, рассматривавший его с интересом гробовщика, готового взять мерки. Но вовсе не он так напугал мальчишку — в Эрика вцепился телохранитель мэра, Диего Коста. У местной детворы он был самым обсуждаемым персонажем, какие только байки и страшилки о нем вечерами не травили! Самая знаменитая повествовала о жутком подвале, в который Коста ночами утаскивает неугодных мэру людей. Что он с ними там делает, никто толком не знал, но фантазия у детей была богатой, так что мнения разнились. Главное, что больше тех людей никто никогда не видел.

Раньше Эрик особо не верил этим байкам, но сейчас, увидев зловещую ухмылку, искривившую губы телохранителя, он подумал, что многие из этих историй вполне могли оказаться правдой. Жить захотелось с необычайной силой, так что мальчик испуганно пискнул и с низкого старта рванул прочь, оставив в руке Диего кусок ткани, а под ногами казенную сумку с газетами.

Довольно быстро выяснились два не самых приятных для Эрика факта: Коста вполне мог похвастаться неплохой скоростью, и не стоило оборачиваться на преследователя, когда мчишься сломя голову, подвывая от страха — оступившись, мальчик кувырком полетел в кусты. А когда на четвереньках выполз из них, носом уткнулся точно в сапоги Диего. Тот больше не собрался давать мальчишке шансов на побег: сомкнул пальцы поистине стальной хваткой на его плече, Эрик даже ойкнул от боли.

— Отпустите! Я ничего не сделал! — заорал Дурм, когда Коста грубо поволок его назад.

— Заткнись, — презрительно бросил Коста, сильнее сжав пальцы. С перепуга мальчику даже показалось, что он слышит, как хрустят его кости. В целях самосохранения он замолчал, не отбрасывая, впрочем, мыслей о побеге. Как вскоре стало ясно, направлялись они в ближайший закуток, где уже нетерпеливо топтался мэр.

— Вот он, босс, как и заказывали! — воодушевлённо доложил телохранитель.

— Начнём с того, что ты не должен был его упускать, — поморщился мэр и обратился к мальчику. — Ну? Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Эээээ… — завис Эрик, не очень понимая, чего от него ждут. Вроде мэру насолить у него не было возможностей, да и что он мог такому влиятельному человеку сделать? Окно в его доме разбить? В суп плюнуть? Но Перес явно ждал ответа, всё сильнее злясь из-за молчания, так что Эрик решил действовать по старой, почти всегда срабатывающей схеме: люди просто таяли, увидев на его милом личике искреннее раскаяние. — Простите, я больше так не буду, правда! Отпустите, а?

— Я же говорил, что там какая-то тень мелькнула, а вы мне не поверили, — укоризненно заметил Диего.

— Это когда? — лениво уточнил Перес, сверля мальчишку тяжёлым взглядом.

— Когда вы с госпожой Ольгой обсуждали новые поставки контрабандного золота и решили, что её заместителя пора устранить. Много знаний приносят одни беды... — философски вздохнул Диего, бросив на враз побелевшего Дурма многозначительный взгляд. — Мальчишка этот под окном шарился, зуб даю!

— Н-неправда! – заскулил Эрик, только сейчас осознав, насколько глубоко он влип на сей раз. Можно сказать, с головой нырнул в неприятности, и, судя по виду телохранителя, у него имелись все шансы уже никогда из них не выплыть. — Я ничего не слышал! Не я это!

— Кому ещё ты рассказал? — сурово спросил мэр. — Скажи правду, и я тебя отпущу.

— Я вообще не понимаю, о чём вы!.. — захлебываясь словами, затараторил Эрик. — Я просто пытался продать газеты! Я ничего не знаю, я фантазировал! Пожалуйста, мистер Перес, я всё сделаю, не губите!..

— Знаешь, а я тебе верю... — задумчиво протянул Перес, но тут же равнодушно пожал плечами. — Но теперь уже не имеет значения. Ты явно не понравился моему телохранителю, и он просто не оставил мне выбора… Диего, займись им. И не облажайся, как в прошлый раз, никаких следов, — приказал мэр, покидая зловещий закуток.

— Так точно! — радостно оскалился Коста, переведя не предвещавший ничего хорошего взгляд на задрожавшего мальчика.

Заметив в его руке нож, Эрик, до конца не желавший верить в реальность происходящего, обомлел от ужаса. Не сводя взгляда с опасно поблескивающего в лучах солнца лезвия, мальчик медленно попятился, молясь всем богам, включая Сервуса, о том, чтобы выбраться из переделки живым. Коста же, садистки улыбаясь, медленно облизнул лезвие, явно наслаждаясь страхом своей жертвы. Ну правильно, разве нормальные люди пойдут в телохранители к такому мерзавцу, как мэр?



Игорь Владимирович Акинфеев со своими верными спутниками — офицерами царской армии братьями Березуцкими — битый час кружили по улицам города, пытаясь найти постоялый двор. Даже дорогу спросить было решительно не у кого, с каждой минутой надежда обнаружить внятно объясняющегося местного жителя таяла как тени под палящим солнцем. Пока они наткнулись только на пьяного индейца, что-то бормочущего о кактусах, но доверять полученной от него информации не стоило. Ситуация сложилась достаточно глупая, экспедиция Русского Географического Общества… заблудилась. Они навернули множество кругов, но уже начинало казаться, что найти постоялый двор, в котором они остановились, им не по силам.

— Как же я скучаю по зиме… — пробормотал Алексей. — Как в таком пекле люди выживают?

— Сам же видишь, никак, нету их, — ворчливо отозвался его брат, Василий. — В аду и то прохладнее…

— Так, стоп, — решительно скомандовал Игорь. — Василий, вы хуже Сусанина, уже чёрт знает куда нас завели.

— Что, кстати, весьма удивительно, — словно невзначай заметил Алексей. — Обычно Вася работает, как компас, только если компас указывает на север, то Василий — на ближайший бордель…

— Старею, видать, — печально развёл руками Березуцкий, ничуть не обидевшись на замечание брата. Им нередко удавалось втянуть в свои шуточные пикировки и Акинфеева, но не в этот раз:

— Всё с вами ясно, — покачал головой Игорь. — Не будем пугать местную публику, дальше я один попробую выяснить направление. Подождите меня здесь.

— Чтобы её пугать, надо сначала найти… — недовольно проворчал Василий.

Игорь успел довольно далеко отдалиться от своих спутников, когда из неприметного закутка, на который он сперва даже не обратил внимания, донёсся полный ужаса и обречённости голосок:

— Пожалуйста, не надо! Насилуют, убивают!

Акинфеев никогда не считал себя рыцарем в сияющих доспехах, но оставить человека в беде, даже не попытавшись ему помочь, просто не мог. К тому же голос был детский, что только подстегнуло мужчину: он, не размышляя, метнулся на зов о помощи.

Ситуацию Акинфеев оценил мгновенно, представшую его глазам картину невозможно было интерпретировать неправильно: мужик, не торопясь, с садистским выражением лица замахивался ножом на сжавшегося ребенка. Мальчика словно парализовало от страха, он даже не пытался загородиться руками, остановившимся взглядом глядя на приближающуюся смерть. Скорость не подвела, Игорь успел буквально в последний момент: на рывке дотянулся до мальчика и дёрнул его на себя, выводя из-под удара. Нож свистнул в миллиметре от ребёнка, не задев, мальчик кубарем прокатился по земле, но тут же вскочил на колени, ошалело уставившись на нежданного спасителя. Акинфеев же застыл напротив убийцы, который тоже не спешил что-либо предпринимать, оценивая нового противника. Он явно считал, что мальчишка от него никуда не денется. Игорь же искренне пожалел, что рядом нет его спутников — их сейчас крайне не хватало.

— Валил бы ты отсюда, пока жив… — предложил маньяк, удобнее перехватывая нож. Отчего-то Игорю показалось, что даже захоти он сейчас ретироваться, чего он делать, разумеется, не собирался, то незнакомец, не моргнув и глазом, всадит ему нож в спину.

— То же самое могу посоветовать и вам, — угрюмо отозвался Акинфеев. Вступать в драку в заведомо проигрышной позиции не тянуло — неизвестный весьма профессионально держал в руках нож, у Игоря же в наличии были только кулаки. Но выхода явно не оставалось — что бы ребёнок ни натворил, смерти он не заслужил. — Что застыл? Беги отсюда, — спокойно скомандовал Игорь мальчику, глядящему на него как на ангела, сошедшего с небес.

Убийце его спокойствие сильно не понравилось, он стремительно сделал выпад ножом, видимо, решив, что время для разговоров кончилось. Но Игорь ожидал от него подобного хода, так что без труда увернулся и позволил себе слегка улыбнуться — судя по топанью за спиной, мальчик последовал мудрому совету, хоть одной проблемой стало меньше. Теперь стоило подумать о своём будущем... возможно, крайне коротком.

Выбить нож или причинить незнакомцу ощутимый вред не получалось, тот действовал весьма умело, бросалось в глаза, что с холодным оружием мужик на короткой ноге. Пока что Акинфеева спасала только блестящая реакция, но так не могло продолжаться долго, и оба это прекрасно понимали.

Вот Игорь на долю секунды промедлил, за что тут же и поплатился — нож вскользь его зацепил, бок резануло сильной болью. Противник решил не ждать, пока потеря крови сделает своё дело, и попытался закрепить успех, нанеся ещё один быстрый удар. Игорь перехватил его руки, но не удержался на ногах, и драка перетекла в горизонтальную плоскость, причём преимущество было не на стороне Акинфеева: незнакомец придавил его к земле, настойчиво норовя прижать лезвие к горлу. Игорь был категорически против столь близкого знакомства, но его мнением не сильно интересовались: нож по миллиметру, но приближался к шее. Убийца громко сопел от усердия, и Акинфееву пришла в голову неуместная мысль, что со стороны, наверно, они очень интересно смотрятся. Как там мальчишка кричал, «насилуют, убивают»?

Когда казалось, что уже всё, конец, убийца неожиданно дёрнулся и обмяк, распластавшись на Игоре. В первый момент Акинфеев не понял, что произошло, а потом хмыкнул про себя: оказывается, Дикий Запад меняет людей. Кто бы мог подумать, что он будет счастлив от того, что на нём растянется потный мужик?

Не без труда свалив с себя тяжеленное тело, Игорь сел, зажимая сочащуюся кровью рану. Судя по тому, как стремительно рубаха окрашивалась в красный цвет, он слегка недооценил тяжесть ранения: стоило поспешить принять меры.

Рядом обнаружилась несостоявшаяся жертва маньяка с табуретом в руках. Похоже, именно это суровое орудие утихомирило незадачливого преступника. Мальчишка в сердцах сплюнул и несколько раз пнул бесчувственное тело, вымещая на нём пережитый страх.

— Я же велел тебе бежать, — с лёгким упрёком заметил Игорь, аккуратно, придерживаясь за стену, вставая. Адреналин схлынул, на смену ему пришла пульсирующая боль в боку.

— Я и сбежал, — легко согласился мальчишка. — До бакалейной лавки, что напротив. А там вопли в подсобке, про Лукаса орут... Ну я и сориентировался… Да неважно! Надо отсюда убираться! Мэр может вернуться!

От слов мальчика по спине Акинфеева пробежал холодок плохого предчувствия — запахло серьёзными неприятностями. Когда в криминальном деле замешаны высокопоставленные лица, это очень и очень плохо. Во что он умудрился вляпаться на сей раз?.. Проблемы так к нему и липли всю экспедицию, просто мистика какая-то.

— Причём тут мэр? Ничего объяснить не хочешь? — резко спросил он.

— Хочу, но не сейчас, пойдёмте же, ну! — поторопил его мальчишка, нетерпеливо схватил за руку и потащил прочь. — К шерифу тоже нельзя, он работает на мэра, это всем известно! На нас напал его телохранитель, он обычно всю чёрную работу делает. Говорят, в подвале часто людей пытает, не знаю, правда ли…

— Тогда к лекарю отведи, — скрипнул зубами Игорь. Ситуация с каждой минутой нравилась ему всё меньше и меньше. Хотя и изначально приятной её было никак нельзя назвать.

— Туда тоже нельзя, — решительно помотал головой мальчишка. — Там сразу хана.

— Связан с мэром или настолько плохой врач? — риторически поинтересовался стремительно бледнеющий Акинфеев. — Сейчас направо, — скорректировал он их маршрут, на что мальчик беспрекословно повиновался, судя по всему, его не слишком волновало, куда они держат путь, лишь бы оказаться подальше от места происшествия. Он всё время оглядывался назад, кусая губы. Спасибо хоть не умчался, куда глаза глядят, а послушно подстраивался под постепенно падающую скорость Игоря — рана с каждой минутой всё сильнее давала о себе знать. Благо, шли они дворами, да и жара в кои-то веки пригодилась, людей, способных удивиться странной парочке в окровавленной одежде, на пути не встречалось. Поэтому когда из-за угла внезапно вынырнули Березуцкие, мальчишка подскочил, как заяц, Игорь едва успел ухватить его за плечо, удерживая на месте:

— Спокойно, это мои спутники, — обронил он.

— Игорь Владимирович, ну где вас носит столько времени?! — раздражённо воскликнул Василий, но тут же осёкся. Его взгляд как магнитом притянула пропитанная кровью рубаха. Ладонь уже совсем не помогала, и кровь, срываясь с руки, гранатовыми каплями падала вниз, смешиваясь с дорожной пылью. — Оп-па...

— Знакомлюсь с местным населением и их обычаями, — поморщился Игорь, с благодарностью принимая помощь — Василий поднырнул под его руку, помогая удержаться в вертикальном положении. Это оказалось совсем не лишним, так как стоять самостоятельно уже становилось затруднительно, сказывалась потеря крови. Алексей тоже не растерялся, быстро отодрал от собственной одежды значительный кусок, сложил его в несколько раз и приложил к ране.

— Держите крепче, — приказал он. — А ты немедленно веди к доктору! Он далеко живёт?

— Нельзя, нас там сразу найдут и убьют! И на постоялый двор нельзя! — шмыгнул носом мальчишка, опасливо разглядывая братьев.

— Попали мы по самое не балуйся, — криво улыбнулся Игорь. — Влезли в разборки местных властей…

— На мелочи не размениваемся, — вздохнул Василий.

— Надо что-то делать! — поторопил их Алексей. — Какие предложения?

— Пойдёмте к мадам Оливии, там точно искать не будут!.. — внезапно осенило мальчишку. — Здесь недалеко… Она хорошая, не откажет… Там я всё расскажу…

Не зная ни подробностей произошедшего, ни города, спорить с ним никто не собирался. Тем более аргумент про расстояние пришелся как нельзя кстати, так как Игорю явно становилось хуже — он всё сильнее бледнел и наваливался на Василия.

— Хорошо. Веди, — принял решение Акинфеев.

На том и порешили. Эрик шёл впереди, указывал дорогу, то и дело бросая встревоженные взгляды на Акинфеева. Он явно порывался что-то сказать, то ли поблагодарить, то ли извиниться, но никак не мог решиться. Игорь был этому только рад, его в данный момент волновали другие вещи, в частности, как бы не отрубиться на руках у Березуцких.

— Кто она такая? — проявил бдительность Алексей, зорко отслеживая состояние Игоря.

— Я слышал, она что-то понимает в лекарском деле… А если нет, то там девушек много, кто-нибудь да разбирается, — ушёл от прямого ответа мальчик. — Меня, кстати, Эрик зовут...

— Не могу сказать, что был рад знакомству, — негромко заметил Акинфеев. Мальчик бросил на него благодарно-сочувственный взгляд, но ничего не сказал.

— Игорь, ты настоящий мужик, всё налево тянешься, — спустя какое-то время заметил Василий, стараясь таким образом скрыть нешуточную тревогу. Акинфеев только сейчас сообразил, что от слабости его постоянно ведёт в сторону, преимущественно левую. Он уже всем весом навалился на Василия, голоса его спутников доносились глухо, как из тумана. Со зрением тоже творилась какая-то ерунда, окружающее расплывалось, превращая местность в смазанные пятна, поэтому он вперил взгляд в дорогу, сосредоточившись на том, чтобы просто переставлять ноги. Земля казалась как никогда притягательной и мягкой, невыносимо сильно хотелось вытянуться на ней и не шевелиться. Не находись рядом Березуцкие, он так бы и поступил, но подставлять их ещё сильнее Игорь не хотел. На него и без того накатывало раздражение, ладно бы сам влип, но ведь потянул за собой и их. Теперь они рисковали жизнью из-за него. А он едва находил в себе силы, чтобы просто находиться в сознании, приходилось барахтаться на грани забытья, усилием воли удерживаясь от обморока. Хотя это выглядело так заманчиво! Окунуться в окутывающую сознание черноту и не чувствовать больше боли, что алым цветком расцветала в боку, мешая нормально дышать. Жара уже совсем не донимала, даже наоборот, Игоря пробил озноб, что было плохим признаком.

— Держи его, он сейчас отрубится! Несём на руках! — сквозь обволакивающую слабость донёсся до Игоря голос одного из братьев. Возмущение придало сил и помогло немного взбодриться: этого ещё не хватало! Акинфеев открыл глаза, про себя удивившись — даже не заметил, когда успел их закрыть.

— Не сметь! — прошипел он яростно.

— О, ругается, значит не всё так плохо, — грустно подметил Алексей.

— Это наша вина… — тихо заметил Василий. — Снова не уберегли, как тогда, на дуэли с этим мерзавцем Велл-тоном…

— Нельзя было его одного отпускать… — тоскливо согласился Алексей. — Мы со своими обязанностями совсем не справляемся, то металлическим факелом по голове получает, теперь это вот ещё…

— Прекратите, а, — попросил Игорь. — Я не маленький, чтобы надо мной трястись.

— Но невезучий, — вставил Василий.

— Нам сюда, заворачиваем, — подал голос Эрик. Они зашли в опрятный дворик перед двухэтажным зданием. — Это чёрный ход, я приведу мадам Оливию. Я мигом! — быстро объяснил он и, не дожидаясь ответа, юркнул в здание.

— Игорь, продержись ещё немного, мы уже почти у цели… — жалобно попросил Василий, поудобнее перехватывая оседающего на землю Акинфеева, а тот не сумел сдержать тихого болезненного стона, лезвием полоснувшего по сердцу Березуцкого. Василий всегда очень трепетно относился к Игорю, и то, что происходило сейчас, тяжким грузом вины и страха осело на его плечах.

— Да что он там копается!.. — в сердцах высказался Алексей, хотя прошла всего лишь минута. Его знатно потряхивало от напряжения, и каждая секунда бездействия тянулась невыносимо долго.

Казалось, целую вечность спустя дверь открылась, и из здания в компании Эрика выпорхнула стройная женщина лет тридцати. Она была одета в облегающее алое платье, выгодно подчёркивающее её стройную фигуру. В другое время взоры собравшихся здесь мужчин, безусловно, прикипели бы к глубокому декольте, но сейчас все мысли Березуцких занимал только тяжело дышащий, истекающий кровью Игорь. Ткань уже промокла от крови, и толку от неё почти не было.

— Госпожа Оливия… — выступил вперед Алексей, но женщина не стала дожидаться окончания его фразы. Увидев живописную шайку оборванцев, она тут же замахала руками, будто кур прогоняла:

— О нет, мне не нужны неприятности! Прочь, прочь подите!

— Пожалуйста, помогите! Нам больше некуда пойти! Мы ни в чём не виноваты, но, кроме вас, нам больше никто не поможет! Это дело жизни и смерти, прошу вас! Мы вам заплатим!.. — отчаянно взмолился Эрик. Он бросил робкий взгляд назад, но поймав кивок от братьев, немного приободрился и уже более уверенно продолжил. — Прошу вас, мадам Жиру, вы наша последняя надежда! Он ни в чём не виноват, пострадал из-за меня, а я… — Эрик всхлипнул. Если вначале он собирался по привычке ломать комедию, то под конец своей довольно бессвязной речи понял, что сейчас разревётся вполне по-настоящему.

— Думаешь, меня можно этим пронять? К чему мне ваши деньги на виселице? — едко поинтересовалась женщина. — Убирайтесь отсюда!

— Мадам Оливия, я вас очень прошу, хотя бы выслушайте, прежде чем отказывать, — дрогнувшим голосом попросил Василий.

— Кто его так? — прозорливо спросила мадам Оливия, сразу ухватив суть проблемы.

— Если верить пацану, то… — Алексей чуть замялся, понимая, что, скажи он правду, не видать им помощи. Но, поглядев на стоящую перед ними властную женщину, внезапно понял, что если сейчас соврёт, то им точно ничего не обломится. — Мэр.

— Вот как… Нет, для меня это слишком. Простите, — с явным сожалением в голосе произнесла она. Мадам Оливия уже собралась было уйти, но остановилась, когда в беседу вступил Акинфеев: он приподнял голову, с трудом фокусируя взгляд на женщине, и слабо прошептал, на громкую речь его уже не хватало:

— Мы уйдём, как только стемнеет, даю слово... всего пару часов...

Мадам Оливия застыла, разрываясь между жалостью и здравым смыслом. Стоит ли игра свеч, надо ли взваливать на себя груз чужих проблем? Нет, решила она для себя, вопрос в другом: выживет ли этот парень, если она сейчас от них отвернётся?

— Чёрт с вами… Расскажете всё, без утайки. Заносите, что уж там… — тяжело вздохнула она, меняя своё решение.

Дальше Василий уже не церемонился, решив для себя, что Игорь может ругаться, сколько душе угодно, но пришло время максимально облегчить его передвижение. Поэтому Березуцкий, не мудрствуя лукаво, легко подхватил его на руки, словно Игорь совсем ничего не весил, и Вася не волок его всю дорогу на себе. Впрочем, поговорка «своя ноша не тянет» не с пустого ведь места родилась на свет. Судя по тому, что на этот раз никаких возражений, кроме глухого стона, не возникло, дела были плохи.

Мадам Оливия, крадучись, повела незваных гостей на второй этаж, мысленно придумывая оправдания случайным свидетелям их необычного шествия. Хотя как можно такое объяснить? Производственная травма, затрахали до смерти? Она даже улыбнулась краешком губ, представив, как будет объясняться перед тем же Дебюши, в последнее время зачастившего к ней. Лучше уж никому не попадаться на глаза…

Но, несмотря на все усилия, тайно прошмыгнуть в комнату они не успели: навстречу вылетела красивая девушка в весьма откровенном наряде. Её светлые волосы находились в беспорядке, да и сама красотка явно пребывала в волнении, на побледневшем от переживаний личике ярко проступили веснушки:

— Мадам Оливия, помогите! Они всё-таки устраивают эту тупую дуэль!.. — эмоционально воскликнула она, но умолкла, не договорив, заметив за спиной мадам Жиру необычную процессию. Девушка ошарашенно моргнула, но удивление мгновенно схлынуло, словно такие вещи были для неё в порядке вещей. Это заставило Алексея удивленно приподнять бровь: чем же здесь обычно занимаются, если такая картина не вызывает ничего, кроме лёгкого недоумения? — Я могу с вами поговорить, когда вы освободитесь? — деловито поинтересовалась она.

— С твоим офицером разберёмся позже, сейчас есть дела поважнее, — поморщилась мадам Оливия. — Будь добра, принеси в третий номер иголку, нитки, бинты, и возьми у Джиджи бутылку его знаменитого самогона. И никому ни слова обо всём этом, хорошо?

— Само собой, — передернула плечиками девушка. — Сейчас всё будет.

Номер был стильно обставлен, но не убран — то тут, то там можно было разглядеть фривольные пеньюарчики и платья, разбросанные в хаотичном порядке. Эрик даже разглядел плетку, небрежно заброшенную под кровать. Женщина решительно прошла мимо всего этого богатства и остановилась у широкого стола, с которого одним махом смахнула всё на пол:

— Кладите сюда. Да осторожней вы, не мешок с зерном тащите! — прикрикнула мадам Жиру, хотя в окрике никто не нуждался — Вася максимально аккуратно сгрузил свою драгоценную ношу на деревянную поверхность. Алексей тут же подсунул Игорю под голову найденную тут же розовую кружевную подушечку, ещё и надушенную в придачу. Игорь так и не открыл глаз с момента разговора во дворе, так что никак не отреагировал на подобную выходку. Мадам Жиру профессионально быстро расстегнула его рубашку и отогнула край в сторону, рассматривая рану. Потом легонько похлопала раненого по щекам, привлекая внимание:

— Постарайся не отключаться, ладно? — ласково попросила она. — Все будет хорошо, я об этом позабочусь. Ты в надёжных руках.

Игорь едва заметно кивнул, показывая, что её услышал. Мадам Жиру окинула комнату взглядом, после чего подняла с кровати шарфик и бросила Васе:

— Окончательно снимите с него рубаху, она будет только мешать, и зажмите рану, он и так уже много крови потерял. Сейчас вернется Фернанда и приступим к полноценному лечению. А пока постарайтесь слишком откровенно не пялиться и начинайте уже ваше повествование… — стрельнула она глазками в сторону братьев и, повернувшись спиной, плавным движением избавилась от платья. Алексей от неожиданности издал полузадушенный звук, а Вася едва ли удостоил её взглядом, полностью занятый Игорем, почти не реагирующим на происходящее. Алексей тряхнул головой и присоединился к нему, приподнимая раненого, чтобы избавить от потерявшей презентабельный вид одежды. Зато Эрику всё явно очень понравилось, мальчик вылупился на необычное зрелище, забыв, что нужно хоть изредка моргать. Но, поймав пинок от Алексея, отвёл глаза от переодевающейся женщины и наконец ознакомил окружающих с неприятной ситуацией, в которую волею злодейки-судьбы все были вовлечены. История, правда, получилась короткой, особо рассказывать-то было нечего.

— И это ещё… я невезучий… — подал голос Игорь.

— Н-да, в конкретное дерьмо вы меня втянули… — озадаченно протянула мадам Оливия. — Хотя сама виновата, головой надо было думать… — она поглядела на напрягшихся братьев и мягко улыбнулась. — Да успокойтесь вы, теперь не выгоню. О, вот и Фернанда, быстро управилась.

Девушка и правда впорхнула в номер со всем необходимым в руках.

— Вот и я! Соскучились? — пропела она, бросая заинтересованный взгляд на Игоря.

— Куда же мы без тебя, — откликнулась мадам Оливия. — Как тут закончу, разберёмся с твоей дуэлью. А пока уведи отсюда мальчика, рано ему на такие вещи смотреть, — распорядилась женщина, спешно вымачивая иголку, нитку и бинт в спирте.

— Эй! Я не маленький! — возмутился Эрик.

— А лучше отведи к Тихоне, пускай сделает из него девочку.

— Ч-чего?! — перепугался Эрик, представив процесс превращения. Но Фернанда сразу сообразила, о чём речь, понятливо кивнула и утащила упирающегося Эрика из комнаты.

— Девочку? — недоуменно переспросил Алексей. Не то чтобы его это действительно сейчас волновало, но уточнить всё же стоило.

— Потом объясню, — отмахнулась мадам Жиру и протянула Васе бутылку с подозрительно выглядящим пойлом. — Надо влить в него хотя бы пару глотков, не то совсем мучительно будет…

— Игорь, слышишь меня?.. — позвал Вася, осторожно погладив Акинфеева по плечу. Тот с явным трудом приоткрыл глаза, но, увидев рядом алкоголь, отвернул голову, слабо попытавшись оттолкнуть бутылку рукой:

— Опять ты за своё… Не пью… Отстань… — прошептал он.

— Надо же, какой упрямый, — подивилась мадам Оливия.

— Надо, Игорь, надо... Давай, пару глотков ради меня, — Василий настойчиво приподнял голову Игоря, поднеся к его губам горлышко бутылки. У Акинфеева совсем не осталось сил на споры, так что итог был предрешён: глотнув самогона, он закашлялся и тут же сжался от боли в раненом боку.

— Прости, дорогой, сейчас будет еще больнее, — сочувственно вздохнула мадам Жиру и решительно прижала вымоченный в спирте бинт к ране. Игорь взвыл.

— Охрана не сбежится? — опасливо спросил Алексей, покосившись на побледневшего Василия. Тот выглядел так, как будто его самого режут по живому. Похоже, будь такая возможность, он с радостью поменялся бы с Акинфеевым местами. — Вась, возьми себя в руки, паникой делу не поможешь, — попросил он брата.

— Об охране можете не беспокоиться, — заметила женщина, успокаивающе поглаживая тяжело, со всхлипами дышащего Игоря по плечу. — Знали бы вы, какие тут иногда звуки бывают, таких вопросов бы не возникало… Так, как вас там?

— Алексей, — едва по привычке не щёлкнул каблуками Березуцкий, но в последний момент сообразил, что данный жест будет совсем не к месту.

— Рану придётся зашивать, ваша задача — соединить её края. Всё не так плохо, как кажется, органы не задеты, внутреннего кровотечения нет. А вы, Василий, держите его крепче, будет больно.

Мадам Жиру действительно знала толк в лекарском деле. Так что вскоре мучительная операция подошла к концу, серого от боли Акинфеева перевязали и со всевозможным комфортом устроили на кровати.

— День был трудным для нас всех… — устало вздохнула мадам Жиру, остановив взгляд на измученном лице Игоря. — Могу разместить вас в соседних номерах, они пустуют, из-за жары клиентов немного.

— Не стоит беспокоиться, мы ляжем здесь, — отказался Василий, не желающий отходить от Игоря дальше, чем на несколько шагов.

— Брат прав, спасибо вам за гостеприимство, но сегодня мы его уже оставили, и вот что вышло… — тяжело вздохнул Алексей.

— Понимаю, — кивнула мадам Жиру. — Тогда я принесу одеяла, устроим вас здесь. И, думаю, пара рубашек тоже найдётся, ваша одежда уже никуда не годится, вы похожи на мясников. О мальчике не волнуйтесь, Фернанда о нём позаботится, завтра увидите его в новом образе. Он достаточно смазливый, мэр будет искать уличного мальчишку, а здесь останется только миловидная дочка одной из моих девочек. Такое иногда случается, от всего не убережёшься.

— Мы даже не знаем, как вас благодарить… То, что вы делаете для нас, просто бесценно! Я… — заговорил Алексей, пытаясь выразить словами обуревавшие его чувства.

— Ох, оставьте, — поморщилась мадам Жиру. — Из ваших слов выходит, что я ангел.

— Это так, — кивнул Василий, ласково коснувшись волос Игоря. — Мы у вас в неоплатном долгу.

— Пустое, просто не забудьте о моём поступке, когда всё закончится. А сейчас простите, мне нужно отлучиться на пару часов и спасти жизни двум упрямым ослам. С тем же, что вы рассказали, разберёмся позже, такие дела сгоряча не решаются.

— Могу я предложить свои услуги? — выступил вперёд Алексей, желающий хоть как-то отплатить сердобольной женщине.

— Ну что вы, с такой ерундой я способна справиться и сама, — отмахнулась женщина. — Фернанда поговорит со своим офицером, а я возьму в оборот второго. Он наш завсегдатай, так что просто сообщу ему неприятную новость: если дуэль состоится, он отправится в чёрный список нашего заведения, и ни одна девочка не согласится больше его обслуживать. И придётся ему завоёвывать женские сердца своими силами. Посмотрим, что выберет… Ложитесь спать, сейчас уже ничего не сделать. Если возникнут проблемы, — она кивнула на спящего Игоря, — позовите.

Прихватив со стула своё шикарное платье, она величаво покинула номер. Вася тут же присел рядом с Игорем, словно боялся, что если перестанет его касаться, то случится ещё что-то плохое. Посмотрев на его осунувшееся от волнения лицо, Алексей вздохнул и попытался немного отвлечь брата от переживаний:

— Вась, а я тебе задолжал, получается… — задумчиво протянул он.

— О чём ты? – рассеянно откликнулся тот.

— Помнишь, ты бился об заклад, что затащишь Игоря Владимировича в бордель? Затащил, причём буквально.

— Я бы предпочёл сделать это при иных обстоятельствах, — вздохнул Василий, заботливо поправив одеяло, в которое закутали Игоря.




Проснувшийся среди ночи Игорь был полностью дезориентирован. Не сразу сообразив, где находится, он едва сумел подавить порыв резко вскочить — столь глупый поступок организм ему бы не простил. Повернув голову, Игорь разглядел спящего рядом Василия, устроившего руку у него на груди, видимо, ему было спокойней, когда он чувствовал биение сердца. События постепенно восстановились в памяти, и Акинфеев поморщился — это же надо было так попасть!..

Пить хотелось так сильно, что Игорь уже согласился бы и на ту жуткую выпивку. К тому же его донимала жара — настолько, что он начал мечтать о леднике. Мысли о нём плавно сползли на морг, и Акинфеев решил, что лучше уж не думать вовсе, чем о таких вещах. Но будить Березуцких совесть не позволила, они тоже устали за этот бесконечно длинный день. Игоря хватило на несколько минут, но потом жажда и жара окончательно одолели, и он попытался как можно тише избавиться от одеяла. Усилия оказались напрасны, Вася, судя по всему, спал вполглаза и сразу же встрепенулся:

— Игорь? Как ты?

— Что случилось? — вскинулся и взъерошенный Алексей, устроившийся на полу возле кровати.

Кратковременный отдых облегчения не принес, Акинфеев чувствовал себя вялым и до предела вымотанным, от движений рана в боку посылала вспышки боли по всему телу, но рассказывать об этом Березуцким он не собирался.

— Нормально… — голос прозвучал совсем устало и слабо, Игорю пришлось сделать над собой усилие, чтобы звучать бодрее. — Не отказался бы от воды… — теперь уже ничто ему не мешало избавиться от одеяла. Немного удивил тот факт, что штаны на нём отсутствовали, вроде логично, только момент раздевания полностью выпал из памяти.

— Сейчас, — Василий быстро налил воды и, нагло игнорируя явное возмущение со стороны Акинфеева, поднёс стакан к его губам.

— Я тебе тут… помираю что ли?! — прошипел Игорь, но, тем не менее, помощь принял, просто не смог устоять, слишком уж хотелось пить.

— Простите, Игорь Владимирович, но вам ещё рано напрягаться, — вздохнул Вася и бесцеремонно дотронулся до его лба. — Чёрт, кажется, температура… Лёш, бегом за мадам Оливией, — распорядился он.

На Акинфеева же с удвоенной силой навалилась усталость — этот краткий момент бодрствования выжал все силы. Безумно хотелось закрыть глаза и снова провалиться в сон, но Игорь не мог позволить себе такую роскошь. Они и без того слишком здесь задержались, ему надоело втягивать людей в неприятности. Поэтому он заставил себя собраться и уже ясным взглядом встретил встревоженную хозяйку.

— Что тут у вас? — уточнила она, пристально разглядывая раненого. Потом наклонилась и, в отличие от Васи, температуру померила иначе: прижалась губами ко лбу не успевшего ответить Игоря. — Пока ничего страшного, температура невысокая, — подытожила она, отстранившись. — Проследите, чтобы он пил побольше жидкости, если станет хуже, то утром схожу за снадобьем к Жозе. Пока же просто требуется много отдыха.

— Не волнуйтесь, — тихо проговорил Игорь. — Мы больше не смеем… злоупотреблять вашим гостеприимством. Уходим… как и обещали, — непроизвольные паузы в предложениях сильно раздражали и выдавали истинное положение дел.

— Вот так заявление! И куда же это вы собрались? — всплеснула руками женщина. И, не дожидаясь ответа, продолжила. — Не отпущу, даже не надейтесь. Раз уж я согласилась вас приютить, то теперь несу за вас ответственность. И не позволю, чтобы мои труды были напрасны.

— Находясь здесь, мы подставляем… вас под удар. Не имеем права… Так рисковать. Василий, Алексей, собирайтесь, — кратко распорядился Игорь.

— Игорь Владимирович, она права, вы не в состоянии... — заикнулся было Алексей.

— Извольте исполнять приказ! — хлёстко приказал Игорь, приподнявшись.

Вася покачал головой, положил руку ему на плечо и мягко, но настойчиво вернул в горизонтальное положение. Руку он так и не убрал, чтобы предотвратить дальнейшие попытки подняться, которые несомненно бы последовали. Даже этого лёгкого препятствия хватило, чтобы приковать ослабевшего мужчину к постели — сбросить руку Березуцкого ему просто не хватило сил.

— Я неясно выразилась? — грозно прищурилась мадам Жиру. — Никуда вы не пойдёте. Сделайте нам всем одолжение, не напрягайтесь. Не дай бог, швы разойдутся, а швеей я вам не нанималась.

— Можешь потом мне выговор влепить или наказать, в общем, что захочешь, но сейчас останешься в кровати, — проинформировал его Василий. Игорь попытался прожечь его взглядом, но Березуцкие давным-давно приобрели иммунитет к подобным вещам.

— Принесу-ка я вам один отварчик… — задумчиво проговорила мадам Оливия. — Снимет боль, да и не только…



Влетевший в салун младший помощник шерифа Матьё Дебюши не сдержал наполненного тоской вздоха: в баре было тихо и пусто, он же надеялся застать иную картину. В оживлённом в любое время суток заведении сейчас было безлюдно, лишь за столиком дремал местный пьянчуга, который находился здесь со времён строительства здания, став извечной декорацией этого места. Бар никак не смахивал на захваченное опасными злоумышленниками место, как Дебюши втайне надеялся — очень уж хотелось стать героем в глазах очаровательной хозяйки борделя. В нетерпении покосившись на лестницу, ведущую на второй, куда более интересный этаж, он с неохотой перевел взгляд на бармена — опросить его всё же стоило.

— Доброе утро. Вы ничего подозрительного не замечали? Странные посетители не докучали? — вежливо спросил он.

— Да сегодня вообще клиентов считай что нет, одни убытки от этой погоды, — поморщился Джиджи, продолжая протирать и без того до блеска чистые стаканы. — Вон, поцапались вчера двое из-за шлюхи, едва до драки не дошло… лучше бы дошло, содрал бы с них за ущерб втридорога… — мечтательно протянул он.

— А мадам Оливия на месте? — с замиранием сердца спросил Дебюши. Пусть лиходеи здесь не появлялись, чем это не повод лишний раз увидеться с мадам Жиру? Это его интересовало гораздо сильнее, чем какие-то стычки, постоянно вспыхивающие в баре. В городке существовало не так много развлечений и подогретые спиртным люди то и дело разгоняли кровь, мутузя друг друга, обращать на это внимание не стоило, Джиджи и сам прекрасно справлялся.

— А чёрт её знает, — пожал плечами бармен. — Сходи, проверь, только постучись сперва, — издевательски предложил он.

— Обязательно, — недовольно буркнул Матье. Он двинулся было к лестнице, но тут его вниманием завладела миловидная девочка в ярком платьице. Она сосредоточенно смотрела под ноги, осторожно спускаясь по ступенькам, словно боясь навернуться в непривычной обувке. Странно было видеть столь юное создание в таком развратном месте.

— Две бутылки красного вина и одну вашего фирменного, пожалуйста, — подойдя к стойке, пропищала она тоненьким голоском.

— Юная леди, не рано ли вам приобретать крепкие напитки? — строго нахмурился младший помощник шерифа, пока опустив более важный вопрос о том, что она здесь забыла. Девочка подняла на него нахальный взгляд, но, заметив форму, испуганно ойкнула. Однако тут же, словно что-то сообразив, обаятельно улыбнулась:

— Маменька попросила купить, она тут работает, а я ей помогаю в мелочах… — пояснила она лукаво, в глазах отплясывали наглые чертенята. Такой взгляд можно было встретить у дворовой детворы, напакостившей, но уверенной в своей безнаказанности.

— Я это проверю, — насупился Дебюши, которого не оставляло чувство, что мелкая девчонка самым наглым образом ему врёт, но было непонятно, в чём именно — по какой другой причине она могла оказаться в таком месте? Да и ситуация почему-то казалась знакомой. — А после сможешь проводить меня к мадам Жиру?

— Конечно! Пройдёмте за мной, — почему-то хихикнула девочка, сгребла со стойки свой заказ и повела Дебюши наверх.



Девочка постучала и, не дожидаясь отклика, решительно зашла в комнату, Дебюши, преодолевая возникшую робость, последовал за ней. Сидящая в кресле мадам Жиру неспешно обмахивалась веером, создавая имитацию прохлады. Но при виде них веер выскользнул из её рук, со стуком упав на столик. Она взволнованно поднялась на ноги, в глазах плеснулась сильнейшая тревога. Это утвердило Дебюши в подозрениях, что с девчонкой не всё чисто, похоже, малявка уже успела натворить что-то незаконное.

— Мадам Оливия, к вам посетитель! — громко пропищала девочка, опережая реплику женщины. Дебюши незаметно поморщился — до чего же у неё противный голосок!

— Спасибо, милочка, можешь идти, у Тихони есть ещё парочка поручений для тебя, — мадам Оливия незаметно выдохнула с облегчением, и тут же на её губах заиграла улыбка, от которой у Матьё всё таяло внутри, и сердце пускалось в галоп. — Мне казалось, у вас жалование только через неделю… — лукаво протянула она.

Девочка незаметно выскользнула из комнаты, но Дебюши не обратил на неё внимания, очарованный прекрасной женщиной, он напрочь забыл о своих подозрениях:

— Нет… То есть, да, вы правы… — смутился он, чувствуя, что лицо начинает заливать краска, как и частенько случалось во время бесед с мадам Жиру. — Я здесь по долгу службы…

— Вот как… А я уж было решила, что вы соскучились по мне… — разом поскучнела женщина и иронично поинтересовалась: — Чем могу служить доблестному слуге закона?

— До нас дошли сведения, что рядом с вами видели опаснейших бандитов, — пояснил Дебюши. — Вот я и хотел…

— Вы меня в чём-то обвиняете? — гневно нахмурилась женщина. — Да как вы смеете!

— Нет, что вы! Я бы никогда!.. — он замолчал, заметив смешинки в ее глазах. — Вы специально меня дразните, да? — с укором уточнил Матье.

— Простите, не смогла сдержаться, — улыбнулась мадам Оливия. — Вы так мило смущаетесь…

Дебюши с усилием собрал разбежавшиеся по углам мысли и поспешил вернуть беседу в рабочее русло:

— Так вот… Очевидец сообщил, что их видели неподалеку отсюда. Не замечали? — он протянул женщине листовку, на которой художник наспех изобразил Эрика и Игоря. На оригиналы они смахивали весьма смутно, но похожие черты всё же угадывались. — Есть информация, что один из них серьёзно ранен. Возможно, имеются сообщники.

— Надо же, такой молодой, а уже опасный преступник… — задумчиво пробормотала мадам Оливия, указав на Эрика. — Что же они такого страшного натворили?

— Простите, я не имею права разглашать служебную информацию, — решил немного порисоваться перед ней Дебюши.

— Сами не знаете? — приподняла бровь женщина, сразу раскусив собеседника.

— Не успел справиться об этом, — вновь покраснев, пробормотал Матье, признавая свой промах. — Узнав, что их видели неподалеку отсюда, я посчитал, что вам может угрожать опасность и поспешил …

— Это очень мило с вашей стороны, но полноте, о какой опасности речь? Мы говорим о ребёнке и тяжело раненном человеке.

— Шериф распорядился стрелять на поражение, значит, они действительно опасны, — насупился Дебюши, категорическое требование шерифа и вправду выглядело странно, было очень сомнительно, что странная парочка несла озвученную степень опасности.

— Стрелять на поражение… Надо же… — поразилась мадам Жиру. — Но позвольте, меня крайне удивляет ваше отношение к делу! Неужели вы вот так запросто готовы убить людей, даже не разобравшись толком, за что?

— Разумеется, я постараюсь до такого не доводить. Но если они угрожают покою нашего города и мирных жителей, то я просто обязан принять меры, даже такие радикальные, — неохотно признал Дебюши. Ситуация изначально выглядела мутной, и сильно сгустивший краски шериф только усугубил сомнения Дебюши. К тому же шериф не раз был замечен в различных махинациях и тёмных делишках, просто его ни разу не брали с поличным. Но не рассказывать же об этом мадам Оливии?

— Вы меня разочаровываете, — с осуждением покачала головой хозяйка борделя. — Неужели вас ничего во всём этом не тревожит? Впрочем, о чём это я, не женское это дело… вы ещё что-то хотели? У меня много дел.

— Если что-то заметите, сразу пошлите за мной… — растерянно попросил младший помощник шерифа, почувствовав, что внезапно впал в немилость.

— Всенепременно, — холодно кивнула мадам Оливия, выпроваживая его из комнаты.

Матье медленно поплёлся к лестнице, размышляя про себя, где допустил ошибку. В какой момент беседа свернула не туда? Он приостановился, размышляя, есть ли смысл вернуться, но что в таком случае можно ещё добавить? Не отказываться же от своих слов, в самом-то деле.

Из-за своей медлительности он и стал свидетелем странного происшествия: из номера, воровато оглядываясь, выскользнула давешняя девочка, имя которой он так и не удосужился узнать. Он плавно шагнул назад, за угол, выходя из поля её зрения: интуиция просто вопила, что происходит нечто зазорное. Девочка опустила взгляд, тихо чертыхнулась под нос и поправила сильно задравшееся платье. Ещё раз оглядев себя, она мечтательно улыбнулась и удалилась прочь от номера.

Младшему помощнику шерифа очень хотелось верить в порядочность людей, но эта вера разбилась, осыпав его осколками, когда приблизившийся к таинственной комнате Дебюши услышал за дверью мужские голоса. Он задохнулся от отвращения, не погнушались ведь тем, что девочка совсем мала! Вешать таких подонков надо и никак иначе!

Его настолько охватила ярость, что младший помощник в кои-то веки забыл о смущении и, плюнув на то, что может попасть в крайне неловкое положение, застав людей в интимный момент, ворвался в комнату.

Первое, что бросилось ему в глаза, это лежащий в постели чрезвычайно бледный мужчина, тот самый, что был изображён на листовке. Выглядел он совсем нездорово, вызывал сомнение даже тот факт, что он сможет подняться без посторонней помощи, не то чтобы причинить кому-то вред. Чего нельзя было сказать о его сообщниках, резко развернувшихся в сторону Дебюши. Два здоровенных лба совершенно одинаковой бандитской наружности. Назвать эту встречу приятной Матьё бы не смог и под градусом.

Немая сцена длилась недолго: близнецы среагировали мгновенно, слаженно рванув к нему. Дебюши выхватил револьвер из кобуры, но так некстати в его голове прозвучал осуждающий голос мадам Жиру: «неужели вы вот так запросто готовы убить людей?» Он секунду промедлил, и эта нерасторопность стала для него роковой: младший помощник шерифа и моргнуть не успел, не говоря уж о полноценном сопротивлении, как его скрутили и примотали к стулу ремешками, что нашли тут же. Матье даже не испугался, его затопил стыд, что всё произошло настолько позорно быстро — незнакомцам даже не пришлось его бить. Герой, ага.

— И что теперь делать? — озадаченно почесал затылок один из мужчин.

— Я представитель закона, всех на виселицу отправлю!.. — заорал возмущенный до глубины души Матье, но ему, не мудрствуя лукаво, ловко заткнули рот первой попавшейся под руку вещью. Дебюши не разглядел, чем именно, но догадывался, что этот предмет одежды относится к числу нижнего белья, отчего снова начал краснеть. Поняв, что именно его беспокоит в данной ситуации, он мысленно вздохнул:

«Я безнадёжен…»



— Нет, ну как это называется? — всплеснула руками мадам Жиру, увидев живописную картину примотанного к стулу воздыхателя и виновато потупившихся рядом братьев. Оставалось только порадоваться, что Дебюши был одет, судя по необычным путам, картина могла бы быть и иной.

— Несчастный случай?.. — робко предположил Василий.

— Фантазия у вас что надо! Да вы умудрились моих девочек переплюнуть! Ни на минуту нельзя одних оставить! Что в следующий раз устроите? Клиентов начнёте уводить? Приютила на свою голову! — гневно отчитывала их мадам Жиру, словно перед ней стояли не двое взрослых мужчин, находящихся в розыске, а пятилетние дети, разбившие любимую вазу. Дебюши в полном обалдении хлопал глазами, но задать парочку уточняющих вопросов по понятным причинам не мог. В его распоряжении было лишь беспомощное мычание, но гордость пока не позволяла так глупо себя вести. Всё равно толку не будет.

— До этого точно не дойдёт! — испуганно перекрестился Алексей.

— В следующий раз? — осторожно уточнил Василий. — Вы думаете, мы сможем остаться?..

— Как будто вам есть куда идти с раненым на руках, — фыркнула мадам Оливия, бросив взгляд в сторону крепко спящего Игоря. Тот выглядел трогательно беззащитным и расслабленным, и никак не реагировал на их беседу в повышенных тонах. Впрочем, после коварного отвара мадам Оливии, включавшего в себя в том числе и снотворное, он просыпался всего пару раз, и то ненадолго. — Только вчера зашивали, двигать его категорически запрещаю.

— Но как же тогда?.. — растерянно спросил Алексей, переглянувшись с братом.

— Опять всё в руках слабой женщины, ну что за мужики пошли?.. — ядовито пробормотала под нос мадам Жиру и продолжила уже громче. — Матьё Дебюши — честнейший человек, я верю, что он не отвернётся от нас, когда узнает правду. — Младший помощник шерифа сердито засопел, выражая категорическое несогласие с её словами. Хотя он не мог не признать, что роль атаманши мадам Оливии очень к лицу.

— Матьё, мне очень жаль, что всё так получилось, — искренне вздохнула мадам Оливия, но тут же слегка поморщилась: говорить, глядя на собеседника сверху вниз, было неудобно и некультурно. Недолго думая, она заняла вакантное место на его коленях, приобняла для удобства за шею, выгодно представив взгляду глубокое декольте. И пусть сейчас оно волновало помощника шерифа в последнюю очередь, глаза туда он всё же, не удержавшись, скосил. — Я понимаю, что ситуация сложилась не лучшим образом, но… Ой, это что, мои?.. — ахнула она, разглядев, из чего сделан кляп, но тут же мотнула головой, решив не отвлекаться по пустякам. Однако обжигающий взгляд братьям подарила.

Дебюши после её слов тоже дернулся — его худшие опасения подтвердились — и промычал что-то смущённое, но со стороны это прозвучало как нецензурная брань. Женщина лишь крепче к нему прижалась и капризно протянула:

— Прекратите немедленно, мне же неудобно!

За спиной младшего шерифа явственно фыркнули, но Матье предпочёл сделать вид, что ничего не услышал. Дёргаться и вправду не было смысла, так что он послушно замер.

— Я могу попросить вас забыть о том, что вы здесь видели? — поинтересовалась тем временем мадам Оливия, невинно хлопнув ресницами. Этот блеск в глазах мог заставить дрогнуть любое сердце. Но не в случае, когда против воли привязан к стулу таким интересным способом.

— Мхмф!!

— Я так и думала… — не расстроилась хозяйка борделя. — В таком случае я всего лишь прошу вас внимательно меня выслушать… Впрочем, выбор у вас небогатый. Понимаю, трудно поверить этим проходимцам…

— Эй! Мы офицеры царской армии, с важным заданием по охране экспедиции сюда прибыли! — праведно возмутился Василий.

— …Этим проходимцам, — как ни в чем не бывало продолжила мадам Оливия. — Кляп пока побудет, хорошо, милый? Не хочу, чтобы вы перебивали меня через слово, речь ведь пойдёт о важных вещах. Люди, которых вы здесь видите, не преступники, а скорее жертвы обстоятельств… А вон тот, — она кивнула на Игоря, — в каком-то смысле герой, он не прошёл мимо и спас ребёнка из-под ножа этого психопата Косты. Я вижу полное недоверие в вашем взгляде, — на самом деле после слова «герой» Матье припомнил утренние мысли, и его взгляд стал совсем несчастным, но мадам Оливия интерпретировала его реакцию по-своему. — Но я склонна им верить, и если вы хоть немного задумаетесь над происходящим, то придёте к тем же выводам, что и я. Наш благочестивый мэр пошёл на преступный заговор с госпожой Смородской. Не знаю точно подробностей, но это связано с золотом, которое они тайно переправляют. Её заместитель сунул нос слишком глубоко, и ему вынесли смертельный приговор. А заодно и лишним свидетелям, — она кивнула на Березуцких. — Думаю, недолго Суровому Игорю осталось на этом свете… Большое знание ведёт к множеству бед, в частности, к вечному сну…

— А теперь хотелось бы услышать ваше мнение, — заметил Алексей, сверля младшего помощника шерифа недоверчивым взглядом. Он явно не верил, что Дебюши может им чем-то помочь, и что сразу же не помчится за подкреплением.

Оливия ловко соскочила с колен Дебюши и аккуратно освободила его от импровизированного кляпа.

— Тьфу, гадость… — кое-как отплевался он. — Да что вы несёте?! Поверили этим… этим педофилам?! — несчастная кроха никак не выходила у него из головы даже с учётом полученных сведений. Если эти люди способны на такое преступление, как можно принимать их слова за чистую монету?

— Вы совсем башкой ударились?! Будь мы в ином месте, я непременно вызвал бы вас на дуэль за такие подозрения! — разъярился Алексей. Это было последнее, что он ожидал услышать в свой адрес.

— А я бы просто по шее надавал… — протянул Василий.

— Педофилы… О боже, скажете тоже… — не удержалась мадам Жиру, сразу сообразив, о ком он говорит. Её звонкий смех наполнил комнату, разгоняя накапливающееся напряжение.

— Я сам видел! Почему девочка была наедине с ними? И вышла в таком виде?! — не сдавался Дебюши.

— Может быть потому, что здесь находится наша раздевалка? — с ехидцей уточнила мадам Оливия, решив до поры до времени не выдавать Эрика. Кто знает, чем закончится их разговор, хотя бы мальчишка пока в гарантированной безопасности. — Здесь мы храним некоторые наряды, переодеваемся вон за той шторкой. Кто же знал, что комната так внезапно превратится в лазарет. Вот девочки, когда торопятся, забегают сюда.

Дебюши почувствовал себя круглым дураком — снова акцентировал внимание совсем не на тех вещах. Но с ошибкой его немного смирили действия мадам Оливии: она утешительно погладила его по плечу, в глазах светилось одобрение — явно оценила порыв защитить малявку.

— Матьё, меня оскорбляет ваше мнение обо мне. Вы ведь всерьёз не думаете, что я стала бы покрывать бандитов? — спросила женщина.

— Я думаю, что вас могли обвести вокруг пальца, — недовольно заметил Дебюши скорее из упрямства. Исходя из его знаний, озвученная версия событий выглядела весьма правдоподобной.

— Учтите ещё один момент, — нахмурилась мадам Оливия. — Насколько я знаю характер мэра, он поставил на уши весь участок. Если произведёте арест, придётся арестовать и меня. До тюрьмы живыми мы не доедем, уверена, мэр об этом позаботится. Вы настолько готовы слепо следовать приказу, что приговорите нас к смерти?

— Я не могу понять, почему вы сразу не обратились ко мне?! К чему вся эта ложь? — после продолжительного молчания выдал Дебюши.

— Правда не понимаете? — грустно вздохнула мадам Оливия. — Я вас знаю, Матьё. Узнай вы правду, вы бы не смогли остаться в стороне. Ваше решение разобраться ставит на кон как вашу карьеру, так и жизнь. Это означает, что придётся пойти против шерифа и мэра, пусть и правда на нашей стороне.

— Как благородно, — прошипел Дебюши. — Хорошо, давайте на секунду представим, что всё так и было. Что вы собирались предпринять?

— А чёрт его знает, — пожал плечами Алексей. — Предупредить этого вашего Игоря, подлечить нашего и валить из столь гостеприимного города.

Повисла пауза, младший помощник шерифа обдумывал полученную информацию, все с напряжением ждали его решения. Они явно не знали, что предпринять в случае его упрямства. Даже этот факт говорил в их пользу — если бы они соответствовали тому образу, что описывал в участке шериф, Матье давно остывал бы на полу с дыркой в черепе.

— Даю слово, — медленно произнёс Дебюши, — что до выяснения всех обстоятельств этого странного дела не причиню вам вреда. Будьте так любезны, развяжите меня наконец. Но если ваша история не подтвердится… — он оставил фразу угрожающе висеть в воздухе.

— Понятное дело, — расплылся в улыбке Василий.

Вырвавшийся на свободу Дебюши на всякий случай старался пока не делать резких движений. Он растёр руки, потом покосился в сторону раненого, шагнул было к нему, но на пути непроходимой стеной выросли Березуцкие:

— Спокойно, — Матьё даже поднял руки, демонстрируя благие намерения. — Я просто хочу посмотреть, что с ним. Вам не кажется, что он слишком крепко спит? Драка, — тут он покривил душой, дракой то унижение назвать было невозможно, — наша беседа, а он и ухом не повёл.

— Все так, как и должно быть, — устало пояснила мадам Жиру, всё-таки сложившаяся ситуация требовала от неё много моральных сил. — Я осматривала его утром, температура немного спала, рана не воспалена. Подмешала в питье травку с обезболивающим и лёгким снотворным эффектом, это более гуманный в данный ситуации способ удержать его в постели. Скоро уже должен проснуться.

— Ясно, — кивнул Дебюши, окончательно решаясь на авантюру. — Мне нужны все подробности произошедшего. После чего допрошу Сурового Игоря, посмотрим, что он скажет. Ваша задача не попадаться, по поводу крайне короткой в случае ареста жизни вы, подозреваю, правы. На самом деле лучшего времени просто не найти, у нас в управлении сейчас проверка, начальство приехало… если будут доказательства, то к ним напрямую обращусь, они-то быстро справятся с шерифом, на них его власть не распространяется.

— Я пойду с вами, — сходу вызвался Алексей.

— Не доверяете? — поморщился Дебюши, хотя отлично понимал Березуцкого. Иначе тот поступить попросту не мог.

— В том числе. А также подстраховываю, кто знает, какие неожиданности могут там ждать, ваш город непредсказуем.

— Матьё… Спасибо вам, — искренне выдохнула мадам Оливия, и вся злость на неё за враньё мгновенно испарилась. Трудно быть влюбленным, из тебя веревки вьют, а ты и рад.

@темы: юмор, Футбол, Фанфики

URL
Комментарии
2016-03-02 в 22:49 

Тэлия
Отсоси мой хвост! (с)
Продолжение

URL
2016-03-03 в 22:09 

Jubilli
Только по утрам я ощущаю гармонию с самой собой, потому что внешний облик соответствует внутреннему содержанию. То бишь, страшная и злая...
А ничего так история, захватывающая. И хотя я очень люблю Акинфеева, мне вот отчего-то Дебюши очень приглянулся, отличный парень похоже. Мадам Оливия то же отличный парень ну в смысле женщина, конечно, но характер у нее не женский =) И Фернанда "зе бест", конечно, зачетная девушка, стратег каких поискать =)

2016-03-03 в 22:33 

Тэлия
Отсоси мой хвост! (с)
Мадам Оливия то же отличный парень ну в смысле женщина, конечно, но характер у нее не женский =)
Я подумала, раз она прибрала к рукам бордель и отвечает за столько девушек, то у нее должен быть сильный характер)) А как футболиста я его почти не знаю)))
Просто после "Побочного эффекта" захотелось что-то простое накатать, не заморачиваясь))

URL
2016-03-04 в 22:58 

Noel~ [DELETED user]
Эрик :lol::lol::lol: Такая няшенька :heart:
Мадам Оливия со своими платьями тоже прекрасна как рассвет :heart: :lol:
Вообще, история отличная, но концовка слишком открытая, тут явно нужна прода :smirk: :yes:

2016-03-04 в 22:58 

Noel~ [DELETED user]
Эрик :lol::lol::lol: Такая няшенька :heart:
Мадам Оливия со своими платьями тоже прекрасна как рассвет :heart: :lol:
Вообще, история отличная, но концовка слишком открытая, тут явно нужна прода :smirk: :yes:

2016-03-04 в 23:18 

Тэлия
Отсоси мой хвост! (с)
Эрик :lol::lol::lol: Такая няшенька
Незадачливая няшенька, так деньжат и не скопил :lol:
Вообще, история отличная
Пасиб! Это все укуренные люди, что целый фест накурили, не говоря уж о списке персонажей
но концовка слишком открытая, тут явно нужна прода
Как Игоря Фернанда изнасилует, пока он сопротивляться не может? :lol: Они же явно еще на какое-то время в таком гостеприимном домике зависнут :lol:

URL
2016-03-04 в 23:35 

Noel~ [DELETED user]
Тэлия, так деньжат и не скопил
Зато сколько приключений! :lol:
Как Игоря Фернанда изнасилует, пока он сопротивляться не может?
А чо бы и не? :lol: Ну и про Дебюши с мадам Оливией тоже можно :yes:

2016-03-04 в 23:41 

Тэлия
Отсоси мой хвост! (с)
Зато сколько приключений!
Можно пацанам хвастаться: Я жил в борделе! Правда в платье... но это к делу не относится! :gigi:
Ну и про Дебюши с мадам Оливией тоже можно
Там, кстати, есть невыполненная заявка: "Мадам Оливия внезапно обращает внимание на младшего помощника шерифа. Попытки заигрывания мадам. Растерянный и ищущий подвоха помощник шерифа. А мадам серьезно уже зацепило." :lol: Но, пожалуй, не, хватит с меня ау)))

URL
   

Глазами бешеной селёдки

главная